Зимние «каникулы» Яна Стрейса в Клину
Мы используем cookie
Во время посещения сайта «klin-museum.ru» вы соглашаетесь с тем, что мы обрабатываем ваши персональные данные и соглашаетесь с политикой использования cookie.
Имя Гагарина в Клину
14.04.2024Из истории клинского стекла
01.05.2024
Город Клин, издавна находившийся на большой дороге, ведущей к Москве, являлся объектом посещения многих иностранцев, следующий ко двору московского государя. Одним из таких был нидерландский путешественник и авантюрист Ян Стрейс, посетивший нашу страну в 1668 году и оставивший, среди прочего, некоторые заметки о Клине.
Предваряя основной рассказ, стоит остановиться на том, что вообще нидерландцы делали в России? В середине XVI века, сначала англичанами, а затем и голландцами был открыт северный морской путь в Россию через Архангельск. Московия, с её обширными богатствами и возможностями рынков сбыта, привлекала внимание европейских торговцев. В XVII столетии Англия постепенно начала оттеснять Голландию от морской торговли, в связи с чем, последняя более активно стала взаимодействовать с Российским государством.
Предваряя основной рассказ, стоит остановиться на том, что вообще нидерландцы делали в России? В середине XVI века, сначала англичанами, а затем и голландцами был открыт северный морской путь в Россию через Архангельск. Московия, с её обширными богатствами и возможностями рынков сбыта, привлекала внимание европейских торговцев. В XVII столетии Англия постепенно начала оттеснять Голландию от морской торговли, в связи с чем, последняя более активно стала взаимодействовать с Российским государством.
Литовченко А.Д. «Иван Грозный показывает свои драгоценности английскому послу Горсею». 1875 год
Таковы общие предпосылки появления Яна Стрейса в России, бывшего одним из многих искателей приключений в европейско-российских отношениях, который остался в истории в первую очередь благодаря тому, что в 1676 году написал книгу «Три путешествия».
Источник: Стрейс Ян. Три путешествия / Пер. Э. Бородиной. Под ред. А. Морозова. Изд. подг. А. И. Цепков. — Рязань, Александрия, 2006. - 496 с.
Его первое путешествие началось ещё в юности, когда уйдя из дома, он на корабле отправил в торговую экспедицию, обогнув Африку, побывал в Индонезии, Тайланде и Японии. Затем, вернувшись домой, он спустя несколько лет отправится в своё второе путешествие в Средиземное море, где на корабле в составе флота Венеции будет сражаться с турками, несколько раз попадет к ним в плен, но неизменно будет освобожден.
Источник: Стрейс Ян. Три путешествия / Пер. Э. Бородиной. Под ред. А. Морозова. Изд. подг. А. И. Цепков. — Рязань, Александрия, 2006. - 496 с.
Вернувшись снова в Голландию, женившись и обзаведясь детьми, он спустя несколько лет, как и несколько его соотечественников, будет завербован русскими на государеву службу старшим парусным мастером для плавания по Каспийскому морю до Персии. Здесь, с одной стороны, Россия взамен сухопутного пути стремилась наладить более безопасный морской. С другой, начиная с XV века русские посланники активно вербовали на службу европейских мастеров, многие из которых потом принимали православие, становясь подданными русского царя и оставаясь навсегда в России.
Источник: Стрейс Ян. Три путешествия / Пер. Э. Бородиной. Под ред. А. Морозова. Изд. подг. А.И. Цепков. — Рязань, Александрия, 2006. - 496 с.
Так, в 1668 году, Ян Стрейс начнет свое третье путешествие. В России он проделает огромный путь от Пскова до Москвы, далее вниз по Волге к Астрахани, дважды встретится лично со Степаном Разиным. А затем, когда Поволжье будет охвачено пожаром казацкого восстания, Я. Стрейс со своими компаньонами решит бежать по Каспийскому морю. Продвигаясь по Каспию, голландцы будут захвачены в плен дагестанским уцмием (местным правителем), сам Я. Стрейс будет подвергнут пыткам, а затем продан в рабство, после чего попадет в Персию. Здесь он будет выкуплен из рабства и устроится на голландский корабль, шедший в Европу. Нелегкий путь, предстоящий через Африку, будет осложнен захватом корабля англичанами, в результате чего наш герой потеряет большую часть своих сбережений. Только осенью 1673 года Ян Стрейс вернется домой, увидит свою жену и детей, а спустя пару лет напишет книгу «Три путешествия», где поведает о своих странствиях.
История Яна Стрейса вполне заслуживает экранизации и могла бы стать сюжетом для яркого приключенческого фильма, чего к сожалению до сих пор не сделано.
На этом моменте мы остановимся и перейдем к фрагменту его книги, посвящённому Клину. Заинтересованный читатель может обратиться к переводу Э. Бородиной, опубликованному в 1935 и 2006 годах.
Заметки Яна Стрейса относительно нашего города интересны ещё и тем, что это редкий случай описания повседневной жизни XVII века.
Так, прибыв 24 ноября 1668 года в Спас-Заулок перед Клином, голландцы захотели взять в деревне свежих лошадей. Их требование было вполне законно, так как они состояли на государевой службе и имели царскую грамоту, согласно которой местное население обязано было снабжать голландцев всем необходимым.
Тем не менее, жителям Спас-Заулка это было не по душе. Вот что пишем сам Я. Стрейс: «… мы были ошеломлены столкновением с московитами, которые в словесной перебранке поносили нас такими гнусными и позорными словами, что мне стыдно приводить их здесь». Однако, после долгих споров, голландцы смогли получить от местных лошадей и продолжить путь.
История Яна Стрейса вполне заслуживает экранизации и могла бы стать сюжетом для яркого приключенческого фильма, чего к сожалению до сих пор не сделано.
На этом моменте мы остановимся и перейдем к фрагменту его книги, посвящённому Клину. Заинтересованный читатель может обратиться к переводу Э. Бородиной, опубликованному в 1935 и 2006 годах.
Заметки Яна Стрейса относительно нашего города интересны ещё и тем, что это редкий случай описания повседневной жизни XVII века.
Так, прибыв 24 ноября 1668 года в Спас-Заулок перед Клином, голландцы захотели взять в деревне свежих лошадей. Их требование было вполне законно, так как они состояли на государевой службе и имели царскую грамоту, согласно которой местное население обязано было снабжать голландцев всем необходимым.
Тем не менее, жителям Спас-Заулка это было не по душе. Вот что пишем сам Я. Стрейс: «… мы были ошеломлены столкновением с московитами, которые в словесной перебранке поносили нас такими гнусными и позорными словами, что мне стыдно приводить их здесь». Однако, после долгих споров, голландцы смогли получить от местных лошадей и продолжить путь.
Айвазовский И.К. «Зимний обоз в пути». 1857 год
Прибыв на следующий день (25 ноября) в Клин, Я. Стрейс и компания вынуждены были здесь остановиться из-за нехватки денег, за которыми была сразу отправлена почта в Москву. Во время этого перерыва в путешествии, Я. Стрейс и его товарищ Эльс Питерс решили покататься на коньках.
Этот сюжет интересен с нескольких сторон. Во-первых, это одно из редких упоминаний проведения отдыха в Клину (хоть правда и европейцами, а не местными).
Во-вторых, это указание на то, что катание на коньках в XVII веке не было знакомо клинчанам - «Московиты были удивлены и высказывали вслух свои суждения: «Не крутит ли вас дьявол с такой быстротой, и почему вы стоите, не падая, на таком тонком железе?»».
Этот сюжет интересен с нескольких сторон. Во-первых, это одно из редких упоминаний проведения отдыха в Клину (хоть правда и европейцами, а не местными).
Во-вторых, это указание на то, что катание на коньках в XVII веке не было знакомо клинчанам - «Московиты были удивлены и высказывали вслух свои суждения: «Не крутит ли вас дьявол с такой быстротой, и почему вы стоите, не падая, на таком тонком железе?»».
Якоб Гриммер (Нидерланды). «Зима». Вторая половина XVI века
В-третьих, некоторые клинчане, следуя примеру европейцев, решили попробовать себя в фигурном катании, однако ничем хорошим для них это не закончилось - «… некоторые отважились испытать это удовольствие и так немилосердно расшибались, падая через голову, что мы были уверены, что они переломали себе руки и ноги».
В-четвертых, факт катания по льду на реке - также редкий случай описания климата и погодных условий в Клину. Из-за того, что лед был в конце ноября тонким, а течение р. Сестра быстрым, оба голландца провались в прорубь, а Эльс Питерс и вовсе чуть не утонул. К погодным описаниям относится и упоминание о сильном снеге, выпавшем 10 декабря.
Наконец, в-пятых, Ян Стрейс сообщает о логистике - отправляясь после Клина в Москву, его компания вынуждена была преодолевать две реки, на которых не было мостов, а переправа была организована только на плотах, из-за малой вместимости которых, голландцы потеряли много времени.
В-четвертых, факт катания по льду на реке - также редкий случай описания климата и погодных условий в Клину. Из-за того, что лед был в конце ноября тонким, а течение р. Сестра быстрым, оба голландца провались в прорубь, а Эльс Питерс и вовсе чуть не утонул. К погодным описаниям относится и упоминание о сильном снеге, выпавшем 10 декабря.
Наконец, в-пятых, Ян Стрейс сообщает о логистике - отправляясь после Клина в Москву, его компания вынуждена была преодолевать две реки, на которых не было мостов, а переправа была организована только на плотах, из-за малой вместимости которых, голландцы потеряли много времени.
Пурвитис В.К. «Зима». 1910 год
Текст приводится согласно: Стрейс Ян. Три путешествия / Пер. Э. Бородиной. Под ред. А. Морозова. Изд. подг. А. И. Цепков. — Рязань, Александрия, 2006. — 496 с.:
«24-го переправились мы через две реки у деревни Завидово (Sawidowa) и вечером приехали в деревню Спас-Заулок (Saulka Spaz), где и остановились. Нам нужны были свежие лошади, и мы были ошеломлены столкновением с московитами, которые в словесной перебранке поносили нас такими гнусными и позорными словами, что мне стыдно приводить их здесь. Наконец после долгих споров мы получили лошадей и сани и продолжали наше путешествие. 25-го ехали целый день по равнине и к вечеру прибыли в большую деревню Клин (Klien). Здесь оказалось, что деньги наши растаяли, и так как с нами еще был десятидневный запас мяса, сыра и масла, капитан счел нужным остановиться здесь, пока не будут получены деньги из Москвы, за которыми на следующий день 26 ноября была послана почта. На этой остановке я и Эльс Питерс снова катались на коньках. Московиты были удивлены и высказывали вслух свои суждения: «Не крутит ли вас дьявол с такой быстротой, и почему вы стоите, не падая, на таком тонком железе?» Но наконец некоторые отважились испытать это удовольствие и так немилосердно расшибались, падая через голову, что мы были уверены, что они переломали себе руки и ноги. Лед был ровным и крепким, но тонким из-за быстрого течения, так что наш бедный Эльс провалился, когда мы отбежали немного дальше. Я хотел ему помочь, но лед провалился и подо мной, и я тоже начал барахтаться. Я, правда, спасся сам и довольно ловко выбрался из проруби, так как хорошо плаваю, но мой товарищ то выплывал, то нырял и начал тонуть; увидев, что он долго не выдержит, я снова прыгнул в воду, чтобы его спасти, и мы наконец вышли из беды. После забавы мы приняли холодную ванну, и вода с нас текла ручьями, когда мы спешили на постоялый двор. 4-го декабря прибыли долгожданные деньги из Москвы со слугой господина Сведена, двоюродного брата капитана Бутлера, с известием, что этот господин находится при смерти. Это ошеломило нашего капитана, решившего тотчас же отправиться с почтой в Москву, что он и сделал в тот же день, приказав нам следовать за ним, как только установится хорошая погода. Тем временем выпал сильный снег, и мы были вынуждены остаться до 10-го в Спас-Заулке. Днем прояснилось, и мы, погрузив свои вещи в сани, тронулись в путь. Дорогой мы переправились через две реки, на что ушло много времени, потому что плоты, на которых мы переезжали, были весьма малы; на них не помещалось сразу более четырех саней или повозок с лошадьми».
«24-го переправились мы через две реки у деревни Завидово (Sawidowa) и вечером приехали в деревню Спас-Заулок (Saulka Spaz), где и остановились. Нам нужны были свежие лошади, и мы были ошеломлены столкновением с московитами, которые в словесной перебранке поносили нас такими гнусными и позорными словами, что мне стыдно приводить их здесь. Наконец после долгих споров мы получили лошадей и сани и продолжали наше путешествие. 25-го ехали целый день по равнине и к вечеру прибыли в большую деревню Клин (Klien). Здесь оказалось, что деньги наши растаяли, и так как с нами еще был десятидневный запас мяса, сыра и масла, капитан счел нужным остановиться здесь, пока не будут получены деньги из Москвы, за которыми на следующий день 26 ноября была послана почта. На этой остановке я и Эльс Питерс снова катались на коньках. Московиты были удивлены и высказывали вслух свои суждения: «Не крутит ли вас дьявол с такой быстротой, и почему вы стоите, не падая, на таком тонком железе?» Но наконец некоторые отважились испытать это удовольствие и так немилосердно расшибались, падая через голову, что мы были уверены, что они переломали себе руки и ноги. Лед был ровным и крепким, но тонким из-за быстрого течения, так что наш бедный Эльс провалился, когда мы отбежали немного дальше. Я хотел ему помочь, но лед провалился и подо мной, и я тоже начал барахтаться. Я, правда, спасся сам и довольно ловко выбрался из проруби, так как хорошо плаваю, но мой товарищ то выплывал, то нырял и начал тонуть; увидев, что он долго не выдержит, я снова прыгнул в воду, чтобы его спасти, и мы наконец вышли из беды. После забавы мы приняли холодную ванну, и вода с нас текла ручьями, когда мы спешили на постоялый двор. 4-го декабря прибыли долгожданные деньги из Москвы со слугой господина Сведена, двоюродного брата капитана Бутлера, с известием, что этот господин находится при смерти. Это ошеломило нашего капитана, решившего тотчас же отправиться с почтой в Москву, что он и сделал в тот же день, приказав нам следовать за ним, как только установится хорошая погода. Тем временем выпал сильный снег, и мы были вынуждены остаться до 10-го в Спас-Заулке. Днем прояснилось, и мы, погрузив свои вещи в сани, тронулись в путь. Дорогой мы переправились через две реки, на что ушло много времени, потому что плоты, на которых мы переезжали, были весьма малы; на них не помещалось сразу более четырех саней или повозок с лошадьми».
